Драконова магия [Операция «Поиск во времени». Драконова магия] - Андрэ Нортон

— Чтобы привезти нам какое-то неприятное известие. Что же случилось? Крылатые Шлемы… Но тогда бы факелы тревоги вспыхнули по всей стране, чтобы предупредить нас. Так в чём же дело?

И когда эти большие, сильные руки мягко легли на его плечи, подтащили к себе поближе, поддерживая его, Артос слово за слово поведал о том, что видел и слышал. Затем вокруг мальчика раздались удивлённые голоса, но в них было мало смысла для него. А потом он каким-то образом оказался лежащим на соломенном тюфяке в лагере, и рядом с ним появилось гладко выбритое смуглое лицо его отца, увенчанное шлемом с перьями. Мальчик понял, что сделал то, ради чего прибыл сюда.

Вот так и началось тёмное время, и впоследствии Артос не раз задавался вопросом, что бы случилось, если бы они почему-либо выбрали другой путь.

Он не просто передал послание от Кая, но его сведения дали Верховному Королю несколько драгоценных часов, которыми тот отлично воспользовался. С предупреждениями были отправлены другие всадники. Пора урожая… Модред выбрал нужное время для своего предательства.

И когда здесь появились созванные люди, горсть отсюда, часть, более дисциплинированные, — оттуда, то они узнали, что Модред действительно поднял Красного Дракона и заключил договор, скреплённый кровью с Крылатыми Шлемами. На побережье, как сообщали, видели сначала десять кораблей, но теперь приходили рассказы о двадцати, приближающихся с моря. Эта тщательно подготовленная кровавая резня вполне сможет уничтожить всё, ради чего сражался Верховный Король, если только ему не удастся удержать завоевателей на побережье.

— Но Модред просто безумец!.. — Артос после громкого возгласа его отца проследил за тем, как бронзового отлива кулак опустился на стол, заставив силой удара подпрыгнуть рога для питья.

— Нет, далеко не безумец, — ответил Верховный Король. — Ты не забыл Вортигена? Модред его крови, и потому считает, что он истинный Король Британии, а не я. И так же считает половина племён, утверждая, что у меня нет на это права, — его рука дёрнулась в сторону складки фиолетового плаща, наброшенного на спинку его сидения.

— Пока Аурелианус не дал мне власть, я был просто человек, который что-то планирует и о чём-то мечтает. Однако теперь всё это кажется давно ушедшим в прошлое. Тем не менее, — теперь он заговорил более оживлённо, — независимо от того, каким бы королём себя Модред не считал и как бы ни приветствовали его обманутые им люди, веря, что в этот раз они смогут сыграть в игру Вортигена вместе с саксонцами и победить, я не собираюсь позволить топорам Крылатых Шлемов разрушить то, что осталось ещё на этой земле. Поэтому…

И король начал быстро говорить о передвижениях людей и армии, и собравшиеся вокруг него внимательно слушали его. Артос видел, как его отец раз-другой кивнул, потом услышал одобрительное ворчание Гавэйна, который командовал левым крылом, когда Стражи начинали атаку.

В самом конце Верховный Король сделал короткий жест рукой, и прислуживающие рабы поторопились наполнить роги для питья, но не привычным слабым пивом, а мёдом с сильным запахом северных земель. После чего Артос Пендрагон высоко поднял свой рог, встал, и остальные повторили его движение.

— Товарищи, возможно, пришла пора пуститься нам тёмными тропами. Но если это и так, то теперь я говорю: мы не могли бы пойти в лучшей компании! И если Модред всё-таки захватит королевство, а эти Крылатые Шлемы — нашу землю, то пусть цена за это будет высока!

Ответом послужил грохот, когда, выпив, люди побросали свои рога, и те покатились пустые по столу.

Когда Артос и его отец отправились обратно в свою комнату, Мариус постоял несколько секунд, внимательно глядя на сына.

— Мне бы хотелось, чтобы теперь ты уехал в Глендоуэр.

— Нет! — впервые в своей жизни Артос набрался смелости, чтобы сказать это слово отцу, и несмотря на то, что брови отца ещё более насупились, он поспешил продолжить: — Разве будет в этой армии лишним ещё один меч?

— Меч мальчика? Ты не мужчина, чтобы скакать…

— А что если… что если люди Модреда придут в Глендоуэр? И как насчёт нашего соседа Искара? Он уже давно зарится на наши земли. Ты можешь выслать меня отсюда только связанным, с кляпом во рту и под стражей!

Мариус, должно быть, прочитал на лице сына непреклонную решимость: он как-то внезапно показался очень усталым и слегка пожал плечами.

— Пусть так и будет. Но если ты останешься, то будешь выполнять все мои приказы.

Артос сделал глубокий вдох.

— Это я знаю.

Таким образом он стал солдатом армии, направившейся на юг и запад. Армии? Вначале это была всего лишь кучка людей, которую и отрядом-то назвать было трудно. Однако люди продолжали прибывать, увеличивая численность армии, пока они шли на марше. Вскоре прискакали ещё несколько посыльных с плохими известиями: саксонцы высадились, и Модред разбил лагерь, в котором собирались люди племён, поклявшихся кровью верно служить украденному Красному Дракону.

Верховный Король резко рассмеялся, когда ему сообщили об этом.

— Клятва кровью, так? А разве не помнят они, что в прошлом такое же клятвой они присягали и мне?

— Но жрецы говорят, что они теперь освобождены от клятв: они давали их тому, кто не почитает истинную церковь, — заметил Гавэйн, скривив губы. Все знали, что он держится старых богов, и что жрецы неоднократно принуждали Верховного Короля отвернуться от него по этой причине.

— Люди не могут быть оправданы от предательства так просто, — только и ответил Пендрагон.

Но независимо от того, был ли Модред предателем или нет, войско у него собралось побольше. И только половина воинов шли маршем под саксонскими штандартами с лошадиными хвостами.

Артос скакал как трубач и посыльный Мариуса, но всегда, как только оказывался в одиночестве впереди отряда, пускал лошадь лёгким галопом, чтобы вернуться к своему отцу. Большая часть воинов были потомками римлян. Они использовали более короткие мечи легионеров, и их лица, затемнённые старыми шлемами, увенчанными гребнями, отличались от облика местных племён. Их символом был Орёл с распростёртыми крыльями, водружённый на шест.

Нёс его Кайус, и место его тоже было позади командира. Артос завидовал оказанной тому чести. Рог, который мальчик прикладывал к своим губам, увы, был отнюдь не таким замечательным символом, как этот Орёл.

Тем временем пришло время, когда они наконец смогли увидеть костры вражескою лагеря. Но между ними лежала болотистая, разбитая земля, непригодная для лошадей.

— Модред выбрал отличное место, — услышал Артос замечание своего отца, которое тот высказал первому Центуриону Ремусу, когда они смотрели вниз с вершины холма.